🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩🤩🤩🤩
🤩🤩🤩осознание 🤩часть 2🤩
🤩🤩🤩🤩
Раннее лондонское утро встретило Драко тусклым серебристо-серым светом, просачивающимся сквозь тяжёлые шторы кабинета его апартаментов.
Ехать на службу пока было рано и, честно говоря, Малфой даже представить не мог, что там будет происходить в связи со вчерашними событиями…
Что ж. Через пару-тройку часов он в любом случае все увидит собственными глазами. И будет вынужден принять участие в этом фарсе…
А пока он сидел за столом, перебирая бумаги, которые нужно было захватить на службу, но мыслями был далеко…
Как отреагирует Гермиона? Не обвинит ли его в смерти «невиновных»?
Вздохнув, он откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза, массируя переносицу пальцами.
Внезапно в приоткрытое окно влетала большая серая сова и опустилась на край его стола, держа в клюве увесистый пакет, перевязанный бечёвкой.
Подавшись вперёд, Драко освободил почтальона от тяжелой ноши и принялся изучать посылку.
Фамильный герб их семьи. Серый сургуч, который обычно использовался для личной корреспонденции.
Сердце ёкнуло, когда Малфой снял бечёвку и разорвал плотную обёрточную бумагу.
Взгляд немедленно наткнулся на короткую записку, написанную знакомым, аккуратным почерком Гермионы.
Его глаза пробежали по строкам и губ коснулась мимолетная счастливая улыбка.
«Моя любовь, ты всё сделал верно. Просто прочти. Я разрешаю.»
Под запиской лежала толстая тетрадь в плотной обложке из темной потертой кожи с золотистым витиеватым тиснением на титульной странице:
Личный дневник Г.Дж.Грейнджер.
Драко трепетно провёл пальцами по шершавой поверхности, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее, а дыхание становится поверхностным.
Ми доверила ему самое сокровенное — свои мысли, боль, свою жизнь, которая была скрыта от всех за маской сильной и независимой ведьмы.
Он открыл дневник на середине и начал читать первую попавшуюся запись.
«2 сентября.
Сегодня Рон снова ударил меня. Я не знаю, что делать. Я так устала прятать синяки и оправдываться перед всеми, что случайно ударилась о дверь. Молли сказала, что я сама довожу его до этого, что я должна быть мягче, терпимее. Артур ничего не сказал, просто отвел глаза, качая головой. А Гарри… Гарри спросил, не хочу ли я пойти выпить в «Три метлы» и поболтать. Я согласилась. Потому что если я не соглашусь, он начнёт задавать вопросы, на которые я не хочу отвечать. Почему он не видит? Почему никто не видит?»
Малфой почувствовал, как пальцы сжались, сминая бумагу.
Гнев, горячий, как лава, поднялся в груди, мешая дышать, но он заставил себя продолжить чтение, перелистывая страницы одну за другой, жадно впитывая слова, которые она доверила бумаге.
«15 ноября.
Рон снова пришёл пьяным. Кричал, что я никчёмная, что я ничего не добилась в жизни, что я не умею любить и не умею быть женой. Он швырнул в меня тарелку. Я увернулась, но осколок порезал мне щёку. Молли пришла утром и сказала, что я должна быть благодарна, что у меня есть муж, который так сильно меня любит, что не может сдержать эмоций. Она сказала: «Мальчики есть мальчики, дорогая, просто будь осторожнее». Я плакала весь день. Гарри прислал сову с запиской: «Как дела? Хочешь встретиться?» Я написала, что «всё хорошо», но отказалась от встречи, потому что не знаю, как смотреть в глаза другу. Я правда стараюсь, но ничего не выходит.»
Следующая страница хранила на себе следы капель. Драко провёл пальцем по одному из них и поджал губы. Слёзы. Она плакала и писала.
Горло сжало судорогой, но он продолжил читать.
«3 февраля.
Меня тошнит по утрам. Я думаю, что беременна. Хочу сказать Рону, но боюсь его реакции. В прошлый раз, когда я сказала ему, что хочу детей, он фыркнул и насмешливо протянул, что я не смогу стать хорошей матерью и что я испорчу его, как испортила всё в своей жизни. Я не знаю, что делать. Я хочу уйти, но куда мне идти?»
Драко перевернул несколько страниц с быстрыми набросками какой-то абстракции и прочел следующую запись.
#комфорт
#драмиона
#helga_sol
