Я осталась без моей любимой тачки.
Вот такие говённые новости мы получили сегодня ночью.
Ночью позвонили гайцы и сообщили, что моя машина разбита в хлам. Лежит на обочине. Восстановлению не подлежит.
Первая мысль:
Все живы?
Вторая:
Как так, блять? И почему у меня?
Когда выяснилось, что все живы и здоровы, я выдохнула.
А потом до меня дошло:
У меня больше нет моей Панамки.
Вообще.
От неё сегодня остались только название и документы.
И вот тут накрыло.
Я вспомнила, как долго её выбирала.
Как впервые услышала этот дикий рык и сразу поняла: всё. Моя.
Как собирала её в конфигураторе, докупала какие-то совершенно ненужные штуки, обслуживала с любовью и не пропустила ни одного сервиса.
Как забирала её из салона с огромным красным бантом.
Куколка моя))
Она была ухоженная. Избалованная. Надёжная.
Я вспомнила, как впервые после покупки поехала на ней к маме в Ляховичи.
И как папа тогда сказал:
«Ты у меня умничка. Горжусь тобой».
Как мы ездили по тысяче километров с детьми и кошкой, всю дорогу орали песни и играли в слова.
Как мои девочки учились выгонять её из гаража и проехали на ней свои первые сотни метров.
Как я ехала на ней в последний раз прощаться с мамой. Только тогда я произнесла слова, которые при её жизни не успела сказать. Только Панама тогда всё это слышала. И, возможно, мама где-то там…
Как однажды в метель она вытащила меня из заноса.
Столько воспоминаний было связано с одной машиной.
Я реально думала, что никогда её не продам.
Что состарюсь, буду иногда протирать с неё пыль и вспоминать всю свою жизнь.
Не получилось.
Сегодня Панамка отработала свою последнюю и, наверное, самую важную миссию.
Люди живы.
Когда-то я в том числе поэтому и выбирала именно её.
Машина — это железо.
Часто очень красивое, очень любимое, очень дорогое.
Но железо.
И люди важнее.
Всё остальное уже вторично.
Да, мне грустно.
Да, безумно жалко мою машинку.
Потерянной суммы тоже жалко. Но, честно, намного меньше.
Потому что однажды жизнь уже очень жёстко объяснила мне одну вещь:
нет надёжного материального имущества.
Вообще.
Мы можем годами работать, чтобы что-то купить.
Квартиру.
Машину.
Бизнес.
Оборудование.
Товар.
Недвижимость.
Создавать активы, беречь их, считать своей опорой.
А потом одна ночь.
Один пожар.
Одна авария.
Один закон.
Один беспилотник.
Одна ситуация, которую ты вообще не мог предусмотреть.
И этого больше нет.
20 лет назад у меня сгорела квартира.
Тогда я примерно неделю плакала и не понимала:
За что мне это?
А потом поняла очень простую вещь.
Никто не придёт и не восстановит мою квартиру.
Слёзы тоже не восстановят.
Значит, надо делать то, что я умею лучше всего.
Продавать.
Продвигать.
Работать.
И спустя пару месяцев я сидела в полностью восстановленной квартире и думала:
Господи. Это же сделала я.
Своими решениями.
Своими действиями.
Своей головой.
До этого пожара я вообще не знала, что способна вытащить себя из такой ситуации.
Иногда потеря имущества показывает тебе не то, сколько ты потерял.
А то, сколько в тебе самом есть ресурсов, чтобы всё создать заново.
Сегодня я уже не буду плакать неделю.
Мне грустно, конечно.
Но я знаю: всё можно восполнить.
Машину можно купить другую.
Деньги можно заработать.
Бизнес можно создать заново.
Всё, что можно получить за деньги, можно повторить.
Особенно сейчас, когда прилетает туда, куда вообще не ждали.
Когда у людей сгорает товар.
Сгорают бизнесы.
Уничтожаются дома.
Иногда за один день рассыпается то, что человек строил годами, иногда — всю свою жизнь.
И чем старше я становлюсь, тем отчётливее понимаю:
самый надёжный актив — это ты.
Твоё здоровье.
То, что у тебя внутри.
И твой мозг.
Вот мозг я сейчас вообще считаю одним из самых ценных видов имущества.
Потому что всё остальное может исчезнуть.
А если у тебя остаётся голова, которая умеет анализировать, продавать, договариваться, видеть возможности, быстро принимать решения и не зависать в панике — ты снова заработаешь.
Снова построишь.
Снова купишь.
Снова создашь.
Главный актив — не то, что ты уже накопил.
Главный актив — твоя способность это создать.
