Представьте Венецию раннего Средневековья. Город ещё не стал той блистательной республикой дворцов и карнавалов, которую мы знаем сегодня. Власть здесь была жестокой, семейные кланы боролись друг с другом, а дож порой напоминал не избранного чиновника, а почти настоящего князя.
И именно с этой эпохой связана история, достойная исторического романа: могущественный дож увидел молодую женщину, которая должна была стать женой другого мужчины, — и решил забрать её себе.
Его звали Пьетро Кандиано IV.
Он правил Венецией в X веке и совершенно не соответствовал позднейшему образу дожа — церемониального главы республики, окружённого множеством ограничений. Кандиано стремился превратить власть в наследственную и княжескую, опирался на собственную семью и всё сильнее раздражал венецианскую знать.
Но особенно красивой и мрачной частью его биографии стала история женщины по имени Вальдрада.
Она происходила из могущественной тосканской знати и была сестрой Уго, маркграфа Тосканы. Венецианская традиция окружила её появление рядом легенд, и одна из самых эффектных версий рассказывала, что Вальдрада была предназначена другому мужчине — но дож, увидев её, решил, что такая женщина должна принадлежать ему.
По позднему преданию, чужая невеста превратилась в жену самого правителя Венеции.
Но реальная история была не менее скандальной.
Чтобы жениться на Вальдраде, Пьетро Кандиано избавился от своей первой супруги Джованны. Её отправили в монастырь. Их сын Витале также оказался удалён от светской жизни и позднее стал церковным деятелем.
А дож заключил новый, чрезвычайно выгодный брак.
Вальдрада принесла ему не только красоту и престиж.
За ней стояли огромные земельные владения и связи с итальянской аристократией. Благодаря этому браку венецианский дож получил интересы на материке и стал вести себя всё больше как феодальный князь.
И вот здесь начинается настоящая трагедия.
Венецианцы могли простить своему правителю многое.
Но они не хотели видеть над собой монарха.
Кандиано окружил себя вооружёнными людьми, укреплял личную власть, вмешивался в дела материковых земель и демонстрировал богатство, которое для Венеции становилось опасным символом.
Город постепенно закипал.
В 976 году недовольство превратилось в восстание.
Дож укрылся во Дворце дожей вместе со своим маленьким сыном Пьетро. Повстанцы не могли легко ворваться внутрь и тогда прибегли к страшному оружию — огню.
Подожгли соседние здания.
Пламя перекинулось дальше.
Начался огромный пожар, уничтоживший не только часть дворца, но и значительную часть тогдашней Венеции. Огонь добрался даже до старой базилики Сан-Марко.
Кандиано понял, что спасения нет.
По хроникам, он вышел к восставшим, держа на руках маленького сына, и пытался просить о пощаде.
Но толпа не простила.
Дожа и ребёнка убили.
Их тела первоначально собирались выбросить, но затем один человек, по преданию, сжалился над погибшими и распорядился похоронить их.
А что произошло с женщиной, ради которой дож когда-то изменил всю свою жизнь?
Вальдрада пережила мужа.
После его гибели она добивалась возвращения своего имущества и земель, доказывая, что не должна отвечать за преступления и политические амбиции Кандиано.
Так закончилась история человека, который хотел превратить Венецию почти в личное княжество.
