С Днём Победы!
Этот день всегда был особенным для моей семьи
И бабушка и дедушка - ветераны, дом просыпался от звонков с поздравлениями, цветов, звона медалей, отпаривания костюмов и приятной суеты
Потом - возложение цветов, слезы на глазах, но ощущение бесконечной гордости и бесконечного праздника
Но больше всего меня поражала история бабушки
И чем больше я узнаю о её жизни, тем труднее уложить в голове, сколько может выдержать один человек
Она родилась в сибирском селе, окончила фельдшерско-акушерскую школу в Омске и работала акушеркой
Когда началась война, на фронт ушли её четыре брата. Старший погиб в первых боях
Тогда бабушка тоже пошла в военкомат
Но её не хотели брать
Она была маленькой, хрупкой 20летней девчонкой, и ей говорили почти насмешливо: «Ещё навоюетесь»
Но она всё равно добилась своего
В 1942 году начала формироваться Сибирская стрелковая дивизия, и бабушка попала во второй стрелковый батальон 308-й дивизии санитарным инструктором
И она служила не в отдельном медицинском или санитарном батальоне, а именно при боевом стрелковом подразделении - фактически на передовой
Санинструкторы тогда шли вместе с пехотой и работали прямо под обстрелами
Из 60 девушек до конца войны дошли только двое
Дивизию отправили под Сталинград
Немцы разбили эшелон, и солдаты пешком шли сотни километров до линии фронта
А потом был настоящий ад
Санитарки ползали под пулемётным и миномётным огнём, вытаскивали раненых, перевязывали их прямо в грязи, тащили на себе через дым, кровь и землю, разорванную снарядами
Она прошла Сталинград
Потом Курскую дугу
Освобождение Беларуси
Польшу
Кёнигсберг
И дошла до Берлина
За мужество её наградили орденом Красного Знамени и орденом Красной Звезды
А после войны человек, который столько лет видел смерть, снова начал помогать появляться жизни
Она переехала в Беларусь и много лет работала акушеркой
Руки, которые когда-то вытаскивали раненых из-под огня в Сталинграде, потом держали новорождённых детей
И я обрела свою семью тоже благодаря ей
Когда после рождения меня просто оставили в роддоме - это она сказала: ‘Это наша девочка, мы ее забираем’
Сейчас я держу старые газетные вырезки с её фотографиями и понимаю, насколько хрупка память
Пожелтевшая бумага, выцветшие снимки
И целая жизнь, в которой было больше мужества, чем в десятках книг