О литературных отсылках и параллелях в романе Ребекки Уэйт «Конец света». Про Донну Тартт, Джуан Роулинг и Ивлина Во мы уже упоминали — «только этого мало». Вот еще порция:
Самый очевидный оммаж — имя директрисы мисс Кристи. Маленький театральный жест: роман строится как детективное расследование (кто виновен в эпидемии?), школа полна подозреваемых — и педагог с именем Кристи, которая первой видит картину в целом. При этом Ида зачитывается книгами Агаты Кристи в школьной библиотеке.
Детективный пласт усилен ещё одной оммажной деталью: фамилия соседки Иды — Адлер, что отсылает к Ирен Адлер из Конан Дойля — единственной женщине, обманувшей Холмса.
Т. С. Элиот цитируется открыто: над кроватью Дианы прикреплён лист с каллиграфически выписанным первым стихом «Бесплодной земли» — «Апрель — беспощадный месяц». Это не украшение, а смысловой стержень: апрель здесь буквально месяц «пробуждения» болезни, хаоса, разоблачений.
Теннисон сопровождает учительниц словесности Труди Пирсон и Линду Фокс — они постоянно декламируют его, а в финале именно мисс Фокс закрывает томик Теннисона со слезами на щеках. Это одновременно характеристика персонажей (викторианская сентиментальность посреди распада) и ирония над ней.
Диккенс упоминается в разговоре о мотиве «злодея-учителя» — девочки обсуждают, что у Диккенса такой персонаж тоже есть. Уэйт дразнит читателя прямой отсылкой, при этом уклоняясь от однозначного ответа, злодей ли Лэнгфилд.
Томас Харди всплывает в авторской ремарке, когда Элинор встречает «правильного человека для соболезнований» — персонаж квалифицируется как вышедший из романа Харди, то есть из мира тихих, подавленных судеб и упущенных жизней.
Джейн Остин мелькает в шутке, прямо скажем, не совсем викторианского характера, ну, а тени «Маленьких женщин» возникают едва ли не чаще, чем в «Привет, красавица!» Энн Наполитано.
Короче, в книге много занятного (и это мы докопались только до части сюрпризов). Попробуйте изыскать остальные.
#фантомпресс #ребеккауэйт
