Жил-был один молодой мужчина.
Ну, как жил — хорошо жил, богато, с женщиной лет на 15 старше.
У них был общий бизнес (он не альфонс, они были равноправные партнёры, причём бизнес он тащил на себе, а она скорее мотивировала его на подвиги).
Каким был: холёным, молодым котом, любителем театрофф, искусства, книг... таким себе галантным молодым богом.
Ко мне он и его возрастная дама попали по вопросам бизнеса, я тогда ещё заканчивала институт и занималась арбитражными спорами.
Суд был долгий и за время суда я успела очень хорошо узнать мужчину и его женщину.
Это была очень гармоничная пара, было видно, как им интересно вместе, были видны и любовь, и искры, он смотрел на неё, как на царицу, а она на него, как на юного бога.
Я смотрела и любовалась.
Он не смотрел на других женщин — от слова совсем, и мог часами рассказывать какая она и как ему с ней повезло.
Они рассказывали, что мечтают жить в Провансе, завести кота и сад.
Они так описывали Францию, в которой часто бывали, что мне казалось, глядя на них, я чувствую запах прованских лугов.
Потом мы благополучно посудились и какое-то время мы не виделись.
Через пару лет мне позвонила Она и попросилась на консультацию.
Они приехали и были всё такие же красивые и холёные, но с очень грустными глазами.
Он рассказал, что пока она отходила от смерти мамы, он познакомился в баре с барменшей 18 лет и она беременна.
Встречались они несколько раз и каждый раз он был пьян.
Они хотели узнать, как правильно оформить отцовство, как платить алименты и как видеться с этим малышом.
Она сказала, что простила его, что частью сама виновата, поскольку год после смерти мамы ей было не до него и он чувствовал себя одиноким.
Она была готова принять его малыша (у неё уже был взрослый сын) и даже растить его готова, если юная мама его отдаст.
Он был явно расстроен и имел вид кота, нассавшего в тапки, но по-прежнему явно влюблённый в неё.
И вот ребёнок родился и начались наши переговоры с юной мамой.
Мама была неопрятной и дешёвой (не в смысле вещей) девицей, которая явно видела в моих клиентах коровку с огромным выменем молока — то есть собиралась их явно доить.
Клиенты готовы были доиться, но дозировано доиться, а мамка хотела доить их круглосуточно.
Ну, мы как-то всё порешали, выработали график доения и график "поощрения коровки — право видеться с ребёнком."
И мы не виделись ещё несколько лет — лет этак десять.
Сегодня около здания суда меня кто-то окликнул, я повернулась и увидела мужчину лет сорока, пятидесяти, неопрятного, явно выпивающего, какого-то недомытого.
Оказалось это... Он! Бывший "молодой бог."
От него я узнала, что они разошлись, потому что его тянуло быть с сыном каждую минуту, и он часто бывал в однушке, которую они купили сразу после рождения ребёнка маме.
Мама начала его угощать спиртным и зазывать в постель, о чём потом и доложила женщине со всеми доказательствами.
Он разводиться не хотел, но женщина сказала что "ни его, ни себя уважать не будет и жить с ним не сможет."
Имущество они поделили мирно пополам. Он остался очень обеспеченным молодым человеком, но вот кризис, партнёры - уроды, короче промотал он всё.
С мамой ребёнка живёт тяжело, лаются они постоянно, живут, как соседи.
Разойтись бы, да квартиру делить не выгодно — цены сейчас низкие.
Сын растёт дебилом — ну, с такой-то мамой немудрено.
Я стояла и думала: "Куда же пропал молодой бог, который был успешным интеллектуалом, красивый, холёный, когда он умер, и когда родился этот обрюзгший, на всё жалующийся и всех ненавидящий, мужик, и зачем он родился?"
Я спросила, а где же она, как сложилась её жизнь?
И услышала, что "старуха после развода эмигрировала во Францию, сидит теперь сволочь в Провансе, кота завела, сад...
Я ей звонил, но она попросила её не беспокоить. Дрянь!"
Вот как-то так...
Села я после этого разговора в машину и подумала — "Будь счастлива, Царица, в своём Провансе.
Будь счастлива и никогда не приезжай в город своей молодости,
потому что молодой бог умер...."
Автор: Ксения Полежаева
