Первое знакомство с книгой я всегда предпочитаю через зрительный контакт, привычка. А вот перечитывание часто превращаю в про- и переслушивание. «Вимбо» с Григорием Перелем записали прекрасную «Зависть» Олеши, просто прекрасную. Проверьте сами, пять часов удовольствия.
«Он поёт по утрам в клозете» — первая фраза романа, которая делает за Олешу значительную часть работы: успешный колбасный магнат Андрей Бабичев предъявлен нам не через должность и заслуги, а через животное, бесстыдное здоровье. Человек в ладу со своим телом и с миром. А рядом, на его же диване, — тот, у кого не в ладу вообще ничего. Успешный советский колбасный магнат Андрей Бабичев — розовый, огромный, деловитый, строитель гигантской столовой «Четвертак», где обед будет стоить дешевле, чем совесть, — подбирает под забором у пивной спившегося интеллигента Николая Кавалерова. Кавалеров въезжает на диван благодетеля и немедленно начинает благодетеля ненавидеть — тонко, талантливо, круглосуточно. Параллельно бродит по городу Иван Бабичев, брат колбасника и его полная противоположность: фокусник, враль, изобретатель машины по имени «Офелия», которая должна отомстить новому миру за старые чувства. Зависть здесь — не порок, а оптический прибор. Кавалеров смотрит на чужой успех с такой ненавистью, что мир под его взглядом начинает светиться. Именно завистник, а не деловой человек, замечает, что зеркало на бульваре превращает прохожего в великана, что «мир кланяется» героям и брезгливо отворачивается от неудачников. Мораль: новый мир достанется бодрым идиотам, а всё живое и зрячее останется на диване у вдовы Прокопович. «Зависть» — это учебник метафоры, замаскированный под производственную драму, и производственная драма, вывернутая в трагедию лишнего человека.