Главный аргумент противников закона о сталкинге такой же, как и у противников закона о домашнем насилии — все уже урегулировано, действующие законы достаточно защищают жертв.
Что на это отвечает судебная практика:
🟡Казань. Женщину преследует мужчина. Ходит по пятам, пишет бесконечно с разных номеров, присылает письма и подарки. Наконец удалось дойти до суда.
Суд признает — женщину преследуют. И запрещает сталкеру связываться с ней по телефону, почтой и отправлять подарки. А вот физически преследовать — не запрещает. Потому что такого инструмента нет в законе.
🟡Архангельская область. Женщина приходит в суд после угроз и постоянного преследования. Она доказывает факт преследования, объясняет, что больше не чувствует себя в безопасности, рассказывает о своих обращениях в полицию и просит только об одном — запретить преследователю приближаться к ней.
Суд отказывает. Не потому, что не верит ей. А потому что действующий закон не позволяет вынести такое решение.
🟡Оренбургская область. Женщина жалуется на угрозы, преследование и публикацию материалов о ней в интернете. Она не раз обращалась в полицию, но уголовное дело так и не возбудили. Тогда она идет в суд и просит запретить преследователям приближаться к ее дому.
Суд снова отказывает. Причина та же: нет такого способа защиты в российском законодательстве.
🅱️Сейчас нет проблемы доказать преследование — суды часто признают факт сталкинга. Но ничего не могут сделать, чтобы реально защитить жертву.
Запрет на приближение эту проблему решит. Если суд уже установил, что человек в опасности, он должен иметь возможность и защитить его.