Крестьянские разборки начала XX века мы уже видели: подлог документов, коррумпированные должностные лица, отцы и дети. А как насчет века 18-го?
Да примерно то же самое. Во все времена люди спорили, дрались и воровали понемножку. Иногда и по-крупному. Был у меня в селе такой Даниил Артамонов сын Курицын. Так вот у него в ночь на 12-е марта 1793 года украли сразу трех лошадей:
а имянно мерин гнедой мерин голубой цена обеим пятьдесят пять рублей кабыла чалая великорослая грива с отметом капыты растресканныя ценой в тритцать рублей
Казалось бы, крепостной крестьянин, человек для государства бесправный и немой, но этот инцидент повлек за собою полсотни страниц рукописного текста. Всю эту трагикомедию я с удовольствием изучил в липецком архиве. Вот какой детектив.
• Спустя месяц после кражи Курицын случайно увидел свою чалую кобылу в городе Сапожке — у регистратора местного суда Михаила Никифорова. Тот заявил, что купил лошадь у своего работника, пашенного солдата Ивана Губарева. Губарев в свою очередь показал, что приобрел ее у пашенного солдата Демида Шелогурова из села Самодуровки.
• Этот Шелогуров оказался известным в округе конокрадом. В тот момент он уже находился под следствием за кражи лошадей, сбегал, был пойман односельчанами. Но в Сапожковском суде его как следует не допросили, лошадь не описали и не конфисковали — а позволили продать. Курицын остался без лошади и без правды.
• Земской Федор Кондратьев (от имени помещика Лопухина, владельца Курицына) подал прошение в Рязанскую уголовную палату. Требования: допросить Шелогурова, вернуть чалую кобылу хозяину, взыскать убытки.
• Шелогуров на допросе в августе 1793 года категорически отрицал кражу. По его словам, лошадь он купил у незнакомого крестьянина Ивана Фомина за 20 рублей. Губареву он ее не продавал, а лошадь забрал у него регистратор Никифоров. На очной ставке 5 декабря Губарев предъявил расписку Шелогурова о продаже лошади за 15 рублей. Шелогуров вынужден был признать продажу, но не кражу.
• Дело дошло до Рязани, где прямых доказательств кражи так и не нашли (по крайней мере, в том конкретном деле). Шелогурова вроде как даже отпустили
Всё это время, пока чиновники пытались определить подсудность, бедолага Курицын сидел дома без лошадей и не мог вспахать свою землю. Кобылу чалую ему всё-таки вернули, но уже после посевной и уборки.
Вот в такие замесы порой попадали крепостные крестьяне. И всё это можно раскопать в архивах. Если туда, конечно, не наведывался Шелогуров.
