Внешняя политика Александра I. С 1809 года и до начала Отечественной войны.
Война против Швеции сильно выбивается из общего образа александровской политики в Европе, направленной в первую очередь не на территориальную экспансию и расширение границ, а на соблюдение баланса сил и мирного сосуществования без явных гегемонов. Может быть, Александр искренне поддался на соблазн наполеоновской политики, а может это было лишь удобное оправдание для захвата новых территорий. Послевоенные действия Александра в отношении Финляндия были отмечены куда большим благородством - стране была предоставлена широкая автономия, началось обширное экономическое и культурное развитие. В отличие от Грузии, имперская политика в данном случае была несоизмеримо более деликатной.
Однако падение популярности внешнего курса Александра, все сильнее проявлявшееся в русском обществе, было связано и с Тильзитом, и с соблюдавшейся поначалу Континентальной блокадой. Общество было настроено против союза с Наполеоном, и воспринимало Тильзит как унижение, а лишения в связи с блокадой также подрывали и авторитет Александра, и курс рубля вместе с экономикой государства.
В 1808 году состоялся Эрфуртский конгресс, на котором был декларирован равноправный союз двух императоров и даны взаимные гарантии, однако ни одна из сторон, похоже, не собиралась их исполнять по-честному.
Когда началась война Австрии с Наполеоном 1809 году, Александр выступил на стороне последнего, но, в отличие от шведского сценария, не стал всерьез сражаться против недавнего союзника, и русские войска ограничились почти бескровным вторжением. Это был довольно разумный шаг: с одной стороны, формальные договоренности с Наполеоном были выполнены, с другой, русская сторона не стала зря проливать кровь своих людей и людей старинного союзника.
Причин к разрыву с Наполеоном, помимо блокады, было достаточно и во внешней политике - создание и усиление Варшавского герцогства уже напрямую угрожало России, продолжение экспансии Наполеона - захват Португалии, предательство союза и попытка подчинения Испании дали понять всему миру, что с французским императором нельзя иметь дел - он не чтет договоров и нападает на союзников - с ним попросту опасно дружить. Когда русские войска приняли лишь формальное участие в войне против Австрии, Наполеон переориентировался на союз с Габсбургами, заключив вскоре брак с Марией-Луизой, а предпринятые им попытки династического союза Франции и России успехом не увенчались. С одной стороны, захват французами земель родственников Александра в Северной Германии и сохранение французских гарнизонов в Пруссии, что являлось нарушением договоренностей с Россией, нападение на нейтральную Швецию в Померании и непрекращающаяся экспансия Наполеона, а с другой стороны введение в 1810 году таможенного тарифа в России, ударившего по французской торговле и нарушения континентальной блокады - все это обострило отношения и сделало войну неизбежной, только в этот раз Александр, в отличие от 1805 года, не стал нападать первым, дождавшись агрессии нетерпеливого Наполеона.
Предварительно Александр заручился поддержкой Швеции, заключив с ней союз и высвободив тем самым войска с севера для действий против Франции, и завершил войну с Турцией практически впритык к Отечественной войне; вскоре после наполеоновского вторжения были восстановлены отношения с Великобританией: Россия вышла из изоляции, в которой находилась к моменту начала войны. Тем не менее, на стороне Наполеона во вторжении принимали участие многие европейские державы, разорительная война прошлась по территории России, нанеся ей огромный материальный и демографический урон, и все это являлось в том числе следствием политики Александра, решившегося воевать на своей территории. Наполеон, естественно, несет куда большую вину за смерти и разрушения, произошедшие в 1812 году, однако и с Александра невозможно полностью снимать всю ответственность. Да, он защищался от агрессии, но таким уж неизбежным было столь тяжелое и дорогостоящее для его страны противостояние? Для меня это открытый вопрос.
Продолжение следует...
